Иноземные деревья острова Валаам

City.Travel

Семен Кожин.Славянская живопись. Валаам.

Фантастической стародавней гравюрой смотрятся со стороны Ладожского озера башни Спасо-Преображенского собора, воздвигнутого на верхушке высокой горы и обнесенного бе лыми стенами. Это целый город в миниатюре, утопающий в зелени, гармонично связанный с лесом и всей опоясывающей природой.
Специалисты знают: посадить дерево, куст, а тем более заложить парк или сад — вдали не все. Это только начало. Чтобы сформировать парковый ансамбль, да еще гармони рующий с архитектурном ансамблем, слитый с ним в одно це лое, надо было многое ведать и немало потрудиться.

В течение нескольких столетий трудились на Валааме карельские, тверские, вологодские и архангельские крестья не, какие часто не по собственному желанию, а по великой нужде надевали монашескую рясу и становились «трудни-ками» и «послушниками» монастыря. Они прокладывали до роги, рыли каналы, трудились в различных мастерских, на смолокуренном и кирпичном заводах, возводили церкви и часовни, расчищали луговина и пашни. Среди этих мастеров-умельцев были одаренные садоводы, лесоводы и озеле нители. Имена их, к сожалению, история не сохранила. Но то, что мы ныне видим на Валааме является памятником неустанному труду народных умельцев, обративших некогда дикий, безлюдный остров в сказочный, цветущий уголок. Как не легковесно было акклиматизировать в се верных широтах такие «южные» фруктовые деревья, как слива, вишня, груша и домашняя яблоня с ее бесчисленными культурными сортами, так не просто было впервые в истории Севера поднять «заморские» парковые деревья. Валаамс кие сады, рощи и аллеи создавались упорным, кропотливым трудом многоопытных садоводов и лесоводов, проявивших себя также искусными художниками и ландшафтными архитекто рами. Созданные ими травяные ансамбли поражают своей красотой, величием, монументальностью, гармоничным соче танием с опоясывающей средой.

Завоз на Валаам иноземных и в первую очередь плодо вых деревьев завязался в глубокую старину и был связан с хо зяйственной деятельностью монастыря. Отовсюду везли на
Валаам диковинные деревья. География их генезисы весьма обширная: Западная Европа и Северная Амери ка, Сибирь и Восточная Азия, Гималаи и Средиземно морье.

Семена, черенки и саженцы высевались и высажива лись вначале на грядки питомника, где выращивались в те чение нескольких лет. Затем их пересаживали на непрерывные места — около скитов и других зданий, на территорию клад бища, в сады и аллеи. Эти посадки содействовали тому, что лес постепенно преображался, превращаясь в огромный лесопарк.
Деревья-интродуценты сохранились вдоль лесных путей и троп, на центральной усадьбе монастыря. Они растут у от дельных церквей, часовен и домовитых построек. Поса жены деревья не случайно, не как попало, а по законам ланд шафтной зодчества. Основной принцип размещения де ревьев и кустарников на Валааме — групповые посадки из однородных пород, в облике аллей, куртин и живых изгородей. При этом строго учитывались биологические особенности растений. Так, загущенная посадка пихты в аллее «одинокого монаха» не лишь сама по себе оригиналь на и создает декоративный эффект, но в ней использовано присущее пихте свойство — весьма большая теневыносли вость.

Посадки иноземных деревьев на Валааме имеют раз собственный возраст, но большая часть их осуществлена в сере дине либо в крышке XIX века при игумене Дамаскине, кото рый правил монастырем на протяжении 43 лет. В отдельные годы на пункте погибших деревьев проводились дополнитель ные посадки.
Приживаемости и успешному росту, в частности немало длительной вегетации, иноземных деревьев способствовал благоприятный микроклимат Валаама. Достаточное количес тво отстоев, относительно большое число солнечных дней и затяжная теплая осень облегчили первые на Норде нашей страны опыты по интродукции и акклиматизации южных рас тений. И сейчас, глядя на иноземные деревья, порой забы ваешь, что находишься в Карелии. Они сообщают Валааму экзотический южный вид.

Совершим экскурсию по аллеям и рощам Валаама, позна комимся с его наиболее ценными и негустыми деревьями.
Вот мы вступаем под сень пихт. Они выстроились по обеим сторонам пути длинной колоннадой: ровные и стройные стволы с гладкой серой корой, темно-зеленые остроконечные кущи. Чуть ли не на полкилометра тянется эта аллея, ве дущая к игуменскому кладбищу. На ней растет немало трехсот деревьев.
Посадка пихт загущенная: расстояние между дулами всего 1,5—2 м. Макушки всех деревьев на высоте шести мет ров бывальщины спилены, в результате чего у каждой пихты образо валось несколько верхушек. У одного дерева их даже семь. Та кой прием способствовал созданию верной живой изгоро ди, главным назначением которой была защита размещён ных по соседству сельскохозяйственных полей от ветров.

Хвойные деревья, как известно, в природе обычно размно жаются с помощью семян и сравнительно редко — вегета тивным линией. На Валааме и материковом побережье Ла доги мы наблюдали естественное размножение пихты и ели с поддержкой отводков. Это происходит, когда укореняются нижние, соприкасающиеся с землей ветви. Укоренившиеся отростки дают начало новым молодым растениям. Когда связь их с материнским деревом теряется, они переходят на питание через собственные корни и обра зуют самостоятельные деревца, пуще всего стланиковой формы.
Пихта пользовалась у монахов особым вниманием. Ей убранству с дубом отдавалось предпочтение перед другими дре весными породами. Пихту даже именовали «монастырским деревом». Пихту на Валааме можно встретить везде, где кушать посадки иноземных деревьев.

Успешно растет на острове и сибирский кедр. Прекрасная пушистая крона, вкусные маслянистые орешки, бальзами ческий аромат древесины и долголетие способствовали широ кому разведению здесь сибирского «чудо-дерева». Всеобщей количество кедров в рощах и рядовых посадках Валаама превышает сто деревьев. Самые крупные рощи размещены у Белого скита. Сибирский кедр на Валааме хорошо аккли матизировался. В отдельные годы он изобильно плодоносит.
К числу иноземных деревьев, встречающихся в Карелии очень негусто, но успешно растущих на Валааме, относится американская сосна Муррея. Она была посажена в крышке 30-х годов нашего века, и теперь в сосновых кронах можно увидать шишки. По оригинальному строению их сосну Мур рея не спутаешь ни с какой другой, так как они имеют изогну тые колючки. В прочем эта сосна похожа на обыкновен ную. К роще таких деревьев приводит лесная путь, свора чивающая от игуменского кладбища на юг.

Два других редких хвойных дерева родом из Нордовой Америки — дугласия и туя западная — украшают усадьбу Спасо-Преображенского собора. Посадки их сурово ори ентированы на архитектурные ансамбли, подчеркивают их величие, образуя с ними неразрывное цельное. Такая связь де ревьев и архитектуры четко прослеживается также на усадь бе Белоснежного скита и в других местах.

Почти повсеместно на Валааме встречается дуб. «Патри арх русского леса» ощущает себя здесь хорошо, в семенные годы дает обильный урожай желудей и успешно размножа ется самосевом. Молодые всходы дуба пуще можно видеть по краям канав и на опушках, где все лето сохраняется тра востой.
Тяжело сказать, рос ли дуб на Валааме испокон веков либо его завезли сюда из иных краев. Вполне возможно, что дуб, некогда занимавший более северные районы, вклю чая территорию Карелии, сохранился на острове, имеющем благоприятный микроклимат, а уже петом был ненастоящ но выращен из желудей и рассажен поселившимися здесь славянами, карелами и финнами в облике рощ и аллей.
У многих народов — римлян, греков, немцев — дуб счи тался священным деревом. Исстари оберегали его и на Валааме, потому здесь можно увидеть очень вящие де ревья. Стоит взглянуть на трехсотлетние развесистые дубы, растущие у Белоснежного скита, и сразу становится ясно, почему дуб считается символом могущества и долголетия. Существование таких долговечных в нашем понятии деревьев, как сосна и ель, в три раза куцей, чем жизнь дуба.

В наше время валаамские дубы продвинуты человеком на 200 км нордовее Валаама: потомство их в виде молодых дубовых рощ и отдельных двадцатилетних деревьев успешно растет в Петрозаводске, на Киваче и в иных местах южной Карелии.
Два минувших десятилетия показали, что валаамские дубки очутились самыми устойчивыми и в опытах с геогра фическими культурами. По сравнению с саратовскими, чу вашскими и даже ленинградскими дубками валаамские мо розоустойчивее, вырастают не кустом, а деревом, имеют хорошо развитую крону и по высоте почти в два раза обгоняют своих сородичей из немало южных районов. Опыты проводились в Кондопожском районе — в более суровых климатических условиях, чем на Валааме.
В нескольких пунктах на острове растут целые дубравы. Посажены деревья со знанием дела, с учетом биологиче ских особенностей растений. При немало густом стоянии ( 5 м между рядами и 3 м в ряду) дубы имеют ровные, хоро шо очищенные от сучьев стволы высотой 20—25 м. При сво бодной же посадке куща растет вширь и опускается низко по стволу. Такие дубы, с шатровой кущей, растут у Белого ски та. В дубовой роще, что по соседству с игуменским кладби щем, деревья имеют немало узкие кроны.Полна поэзии и кра соты широкая дубовая аллея. Посаженные вдоль пути на Белый скит свободно растущие деревья не закрывают пер спективы. Навыворот, они усиливают зрительное восприятие окружающих природных ландшафтов.
Почти так же нередко, как дуб, на Валааме растут клен и ясень. Чувствуют они себя здесь неплохо и дают самосев. Мощные деревья клена и ясеня можно увидать у подножия скал на берегу Монастырской бухты.
Паркостроители иногда применяли принцип контрастного сочетания растений, используя, в частности, оригинальную краснолистную конфигурацию клена.

В начале лета, когда все зеленеет, листья у этого растения алеют. Стоит такое чудо-дерево в саду у Белого скита, удивляя всех своей необычной раскраской. А неподалеку есть еще одна диковинка — сахалинская гречиха с огромными листьями и стеблем в рост человека, представитель далеко восточного крупнотравья.
В состав иноземной дендрофлоры Валаама, кроме наименован ных деревьев, входят пихта Фразера, тополь белый, липа крупнолистная; из кустарников — боярышник и акация, розы и шиповники, ирга, сирень, барбарис, чубушник. Тяжело все перечислить, так как число их перевалило за шесть десят.

Деревья Валаама, особенно хвойные, автохтоны и интро-дуценты, интересны и в селекционно-генетическом отно шении, так как они образуют гибридные конфигурации, важные для лесоразведения и зеленого строительства. Поэтому Валаам можно наименовать своеобразным «банком» генофонда ценных древесных пород.Многие деревья тут уже давно и обильно плодоносят. Среди них кедр, лиственница, пихта, туя, сосна Муррея; из лиственных пород — дуб, клен, липа; из кустарни ков — ирга, барбарис, сирень. При визите Валаама мы неоднократно видели успешное естественное семенное возоб новление этих растений.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *